С.И. БАРАНОВА, Е.Ю. ДЕМЕНИНА К истории каминов «Встреча Вольги Святославовича и Микулы Селяниновича» М.А. Врубеля

АРТИКУЛЬТ-037


К ИСТОРИИ КАМИНОВ «ВСТРЕЧА ВОЛЬГИ СВЯТОСЛАВОВИЧА И МИКУЛЫ СЕЛЯНИНОВИЧА» М.А. ВРУБЕЛЯ
УДК 738.81+749.21
Автор-1: Баранова Светлана Измайловна, доктор исторических наук, кандидат искусствоведения, главный научный сотрудник кафедры кино и современного искусства Российского государственного гуманитарного университета (ГСП-3, 125993, Москва, Миусская площадь, д. 6), e-mail: svetlanbaranova@yandex.ru
ORCID ID: 0000-0001-9393-1151
Автор-2: Деменина Екатерина Юрьевна, магистр истории искусств, выпускница факультета истории искусств Российского государственного гуманитарного университета (ГСП-3, 125993, Москва, Миусская площадь, д. 6), e-mail: artbruegel@gmail.com
ORCID ID: 0000-0003-4734-9464
Аннотация: Статья посвящена каминам «Встреча Вольги Святославовича и Микулы Селяниновича», созданным по эскизам художника М.А. Врубеля. Авторы подробно останавливаются на двух экземплярах, чьи судьбы вызывают наибольший исследовательский интерес. Авторами статьи самостоятельно выявлено местонахождение первого, считавшегося утерянным экземпляра камина, экспонировавшегося в 1900 году на Всемирной выставке в Париже, а ныне представленного в собрании Дворца изящных искусств в Лилле, Франция (Palais des Beaux-Arts de Lille). Также прослежена история поступления одного из каминов в собрание Московского государственного объединенного художественного историко-архитектурного и природно-ландшафтного музея-заповедника (МГОМЗ).
Ключевые слова: Михаил Врубель, Абрамцево, Всемирная выставка в Париже, изразец, камин, модерн

ON THE HISTORY OF M. VRUBEL’S “THE MEETING OF VOLGA SVYATOSLAVOVICH AND MIKULA SELYANINOVICH” FIREPLACES
UDC 738.81+749.21
Author-1: Baranova Svetlana Ismailovna, Doctor of Sciences (History), PhD in Art history, Chief Researcher of Chair of the Cinema and Contemporary Art Studies, Russian State University for the Humanities (6 Miusskaya sq., Moscow, Russia, GSP-3, 125993), e-mail: svetlanbaranova@yandex.ru
ORCID ID: 0000-0001-9393-1151
Author-2: Demenina Ekaterina Yurievna, Master of Arts in Art History, Faculty of Art History, Russian State University for the Humanities (6 Miusskaya sq., Moscow, Russia, GSP-3, 125993), e-mail: artbruegel@gmail.com
ORCID ID: 0000-0003-4734-9464
Summary: The present article examines the history of “The meeting of Volga Svyatoslavovich and Mikula Selyaninovich” maiolica fireplaces produced upon the original drawings by Mikhail Vrubel. The authors of this paper focus on two instances of the fireplace, which provenances are of the highest research interest. The authors revealed by themselves the location of the first fireplace which was exhibited at The Exposition Universelle held in Paris in 1900, considered lost after it and now is presented in the collection of the Lille Palace of Fine Arts, France (Palais des Beaux-Arts de Lille). Also the authors traced the history of the fireplace from the collection of The Moscow State Integrated Art and Historical Architectural and Natural Landscape Museum-Reserve.
Keywords: Mikhail Vrubel, Abramtsevo, The Exposition Universelle of 1900, maiolica fireplace, Russian tile, Art Nouveau

Ссылка для цитирования:
Баранова С.И., Деменина Е.Ю. К истории каминов «Встреча Вольги Святославовича и Микулы Селяниновича» М.А. Врубеля / С.И. Баранова, Е.Ю. Деменина // Артикульт. 2020. 37(1). С. 41-47. DOI: 10.28995/2227-6165-2020-1-41-47

скачать в формате pdf


В России сохранилось пять экземпляров изразцового камина М.А. Врубеля «Встреча Вольги Святославовича и Микулы Селяниновича»1. Каждый из них имеет некоторые отличия в композиционном и цветовом решениях. В их основу легло созданное Врубелем живописное панно, показанное в 1896 году на Всероссийской промышленной и художественной выставке в Нижнем Новгороде. Живописный сюжет, источником которого послужила русская былина о богатырях Вольге-воине и Микуле-пахаре, был реализован Врубелем в каминных панно средствами керамики.

К истории Абрамцевской мастерской, где был создан камин, обращались многие исследователи2. Здесь Врубель вознес утилитарное ремесло керамики до высот изящного искусства. В этом ему помогло обращение к традициям прошлого – к искусству изразца. Изразец не только позволил ему создать свой неповторимый художественный стиль, но и воплотил представления Врубеля об идеальном художнике, каковым был для него средневековый мастер-ремесленник. Создавая керамическое полотно, Врубель задействовал целый ряд новых приемов: рецептуру сверкающих глазурей с металлическими радужными отблесками, придававших керамике вид драгоценного камня, разнообразние форм изразцов, создание искусственных швов. Эксперименты в Абрамцевских мастерских позволили ему соединить в каминных панно живопись и декоративно-прикладное искусство.

В экспозиции Московского государственного объединенного музея-заповедника в Коломенском представлен один из экземпляров камина Врубеля, поступивший в 1934 году из Государственного музея керамики, куда он был передан из Государственного музейного фонда.

Поиски последних лет позволили прояснить историю камина, находящегося в Коломенском. Обнаруженные документы свидетельствуют о том, что владельцем камина был Иван Николаевич Алябьев (1874–1955), московский юрист. Его отец Николай Иванович Алябьев, выходец из крестьян, в 1867 г. был произведен в коллежские советники и утвержден преподавателем русской словесности в 1-й и 3-й женской гимназиях, а также в Совете Художественного Общества. Важная деталь: он был женат на родной сестре Саввы Ивановича Мамонтова, то есть владелец камина Иван Алябьев – племянник известного мецената.

15 ноября 1918 г. И.Н. Алябьев подал заявление с описью «имеющихся у него произведений искусства и картин» и просьбой «выдать охранную грамоту в виду того, что помещение реквизируется для нужд рабочих» [ГАРФ. Ф. 2307. Оп. 8. Д. 47. Л. 2].

25 марта 1920 г. «сотрудник Отдела по делам Музеев и Охраны Памятников Искусства и Старины Нар. Ком. по Просвещению Андрей Прохорович Прохоров явился в д. № 9 по Тихвинскому переулку, в кв. № 50, занимаемую гражданином Иваном Николаевичем Алябьевым, для осмотра принадлежащих ему вещей и проверки, согласно описи за № 154, поданной им в Отдел 12 д. 1918 г. за № 3207. Осмотр и проверка проходила в присутствии самого владельца вещей Ив. Н. Алябьева и все вещи, согласно описи, оказались налицо, причем все вещи (картины), значащиеся по описи № 1, 2, 3, 4, 5, 6 зарегистрированы Отделом по делам музеев и оставлены у И.Н. Алябьева…» [там же, Л. 2 об].

В следующем году «сотрудником отдела по делам музеев и охраны памятников искусства и старины К. по Пр. Виталием Афанасьевичем Литковым в отсутствие коменданта дома (Тихвинский пер. д. 9) Николая Филипповича Ляпина и дочери владельца Натальи Ивановны Алябьевой был принят изразцовый камин по рисунку худ. Врубеля и передан в хранилище Государственного музейного фонда (Тверская д. Английского Клуба)». В. А. Лашкову была дана расписка «в том, что через него принят в хранилище изразцовый камин по рис. Врубеля в разобранном виде, вывезенный из собр. Алябьева, Тихвинский пр-д., д. 9, кв. 77». После передачи собрание Алябьева было «снято с учета на основании резолюции Завед. Музейным Отделом от 7-го декабря 1936 г. (список № 13), как поступивш. в Госуд. Музейн. Фонд» [там же, Л. 44–47].

Дальнейшая судьба камина складывалась сложно. Попав в собрание Музея керамики, в мае 1930 г. он среди других предметов был перевезен в бывший особняк С.И.  Щукина (Большой Знаменский переулок, 8), где в то время размещался музей, в места для временного хранения. В мае 1932 г., согласно договору между Московским отделом народного образования и Музеем керамики об аренде ряда зданий на территории усадьбы Кусково, туда стали перевозить все коллекции музея. Однако коллекции архитектурной керамики, в которой значился камин, места на новой площадке не нашлось. Ящики свалили в одном из подвалов.

Акт от 4 июля 1934 г., подписанный сотрудниками музея, свидетельствует, что «все это лежало навалом, отчего некоторые из них [изразцов – С.Б., Е.Д.] превратились в черепки, благодаря чему номера многих разбитых изразцов очень трудно восстановить… очень сильно повреждены, благодаря давлению верхних тяжелых изразцов.., на изразцах отсутствует какой-либо номер» [Отдел учета музея-усадьбы «Кусково». Папка «Акты выдачи 1934 г.». Л.  9] и т. д. Сразу после осмотра коллекции и составления этого акта ящики перевезли в Коломенское.

Пока не известны детали истории появления камина в семье Алябьевых. Жена Ивана Николаевича Ольга была дочерью археолога, историка искусства и художественного критика Адриана Викторовича Прахова (1846–1916) [Арзуманова и др., 1984, с. 148-149] – одного из самых активных участников Абрамцевского художественного кружка. Среди национализированных у Алябьева предметов искусства были, в числе прочего, вышивки шелком Е. А. Праховой, старшей дочери критика, на холсте. (Известны ее портреты работы В. М. Васнецова (ГТГ). Портреты Е. А. Праховой были также написаны М. А. Врубелем и М. В. Нестеровым.)

Еще во время учебы на историко-филологическом факультете Петербургского университета А.В. Прахов познакомился с другими будущими участниками Абрамцевского художественного кружка – М.М. Антокольским, И.Е. Репиным и В.Д. Поленовым, а с С.И. Мамонтовым – несколько позже. В своих воспоминаниях сын Прахова Николай пишет: «С Мамонтовыми наши родители познакомились в Риме в 1872 году, куда приехали после двух лет жизни в Мюнхене, Дрездене, Париже и Лондоне, где отец работал в музеях и слушал в университетах лекции знаменитых археологов и историков искусства, чтобы по окончании заграничной командировки занять первую в России кафедру истории и теории искусства в Санкт-Петербургском университете… Так состоялось первое знакомство двух семей, скоро перешедшее в дружбу. Сходство характеров, общность художественных интересов моих родителей и Саввы Ивановича Мамонтова создали прочный фундамент для этой дружбы» [Прахов, 2008, с. 18-20].

Прахов был частым гостем в московском доме Мамонтовых, подолгу жил с семьей в Абрамцеве, где принимал участие в литературных и музыкальных вечерах, а его лекции здесь горячо обсуждались. М.А. Врубеля он знал еще по Киеву: Прахов руководил художественными работами во Владимирском соборе и Кирилловской церкви и привлек художника к работе над ней. С 1884 по 1889 г. Врубель прожил в Киеве. Так врубелевский камин оказался в семье почитателей.

Кроме коломенского экземпляра, камин с сохранившейся на одном из его изразцов подписью «Исполнен у С. И. Мамонтова по рис. Врубеля» экспонируется во Всероссийском музее декоративно-прикладного и народного искусства [Нарвойт, 2005, с. 20-24]. Еще один камин, поступивший в 1965 году из особняка Н.Т. Каштанова на Садовой-Самотечной (д. 14), украшает собрание Государственной Третьяковской галереи [Солоницкая, 2005, с. 20-24]. Этот камин, в отличие от всех других известных врубелевских каминов, хранящихся в Москве, был действующим: «Он был смонтирован, как изразцовая печь, фрагменты майолики были соединены между собой металлической проволокой и крепились к стене на известково-цементном растворе. В Третьяковскую галерею он был доставлен в виде нескольких сотен обломков, представляющих собой фрагменты майолики, спаянные с кусками цементно-известкового раствора, часть фрагментов была разбита, имелись множественные утраты, травмы поливы» [там же]. До 1986 г. камин находился в запасниках музея, затем его отреставрировали, и ныне он представлен в зале Михаила Врубеля.

Два экземпляра хранятся в Петербурге: в Русском музее (поступил в 1927 г. из Государственного музейного фонда) и в Детской библиотеке истории и культуры Петербурга, которая размещается в бывшем доходном доме Ф.Г. Бажанова3.

Помимо пяти названных каминов существовал еще один – первый – экземпляр, местонахождение которого долгое время оставалось неизвестным. В 1900 г. он экспонировался на Всемирной выставке в Париже, где стал центром русского павильона (рис. 1). М. А.  Врубель и С. И.  Мамонтов, представлявшие художественную гончарную мастерскую «Абрамцево», получили золотые медали. Участвовавший в создании камина мастер-технолог П. К.  Ваулин был удостоен Почетного отзыва. Затем след этого камина затерялся, ходили слухи, что он был приобретен для подношения в дар «бессмертным» – французским академикам – и остался во Франции. Подробности дальнейшей его судьбы до последнего времени были не известны.

Рис. 1. Камин М.А. Врубеля «Микула Селянинович и Вольга» в экспозиции Русского павильона на Всемирной выставке в Париже, 1900.

Однако поиски последних лет подтвердили существование первого экземпляра. Он был обнаружен в собрании Дворца изящных искусств в Лилле (Palais des Beaux-Arts de Lille). Главный хранитель отдела декоративно-прикладного искусства Флёр Морфуас подтвердила версию о том, что камин экспонировался в Русском павильоне Всемирной выставки 1900 г. Она сообщила, что идут поиски документов, раскрывающих обстоятельства его закупки (прямая закупка музея Лилля или Севрской мануфактуры для передачи музею). Как пишет Флёр Морфуас, «вероятно, его приобрела и перевезла в Лилль Севрская мануфактура, желая пополнить изящную музейную коллекцию керамики великолепным экспонатом. Также возможно, что камин был куплен непосредственно городом Лиллем»4.

В 2011 г. ящики из запасников музея, в которых хранился разобранный в 1960-е гг. после экспонирования в атриуме Дворца изящных искусств камин, были открыты. Это, как пишет Флёр Морфуас, «позволило заново осознать его высочайшее качество, оригинальность исполнения и богатство расцветки. Сразу же не осталось сомнений в том, что его необходимо вновь представить публике»5.

Французские коллеги, по их словам, столкнулись с «настоящей головоломкой» при сборке камина. Ей предшествовала реставрация врубелевского шедевра, так как тыльная сторона изразцов была заполнена гипсовым раствором и крепилась металлическими стержнями, лицевая сторона была серьезно загрязнена и требовала тщательной расчистки. В ходе реставрации камина стало ясно, что его экспозиционный монтаж будет более сложной и, следовательно, более дорогостоящей задачей, чем представлялось изначально. Ныне, «необыкновенный и знаковый для русского искусства XIX века» камин включен в постоянную экспозицию Дворца изящных искусств6.

К этому событию был выпущен пресс-релиз, текст которого приводится ниже полностью7.


«Возрождение легендарного каминаВольга и Микула8

Это каминное панно – одно из величайших произведений декоративно-прикладного искусства России рубежа XIX и XX веков. Его эскиз – шедевр Михаила Врубеля, выдающегося представителя искусства символизма и модерна в России. Художник известен своими живописными и графическими работами, предназначенными для исполнения в керамике (например, по его эскизу был выполнен тимпан отеля “Метропольˮ в Москве). Камин из Лилля – один из нескольких экземпляров; другие хранятся в различных музеях России и их колорит несколько варьируется, поэтому каждый из каминов уникален. “Лилльскийˮ камин – единственный экземпляр, находящийся во Франции.

Не менее интересная особенность связана с местом создания камина. Керамические мастерские в Абрамцеве (село, расположенное к северу от Москвы) славились в конце XIX века своим художественным производством. Приобретенная в 1870 году в собственность крупным промышленником и щедрым меценатом Саввой Мамонтовым усадьба Абрамцево стала первоклассным художественным центром благодаря многочисленным художникам, объединившимся в “неорусское течениеˮ и воплощающим дух народного искусства в произведениях, полностью вписывающихся в европейские художественные течения эпохи (модерн, символизм, движение искусства и ремесел). Камин, в чьем декоре использован сюжет русской легенды о богатыре Вольге Святославовиче и крестьянине нечеловеческой силы Микуле Селяниновиче, искусно иллюстрирует это стилевое направление. Текст оды крестьянскому миру Врубель убедительно воплощает графическими средствами, подчеркивая силу русского героя.

Камин был достойно представлен на Всемирной выставке во Франции в 1900 году. Вероятно, его приобрела и перевезла в Лилль Севрская мануфактура, желая пополнить изящную музейную коллекцию керамики великолепным экспонатом. Также возможно, что камин был куплен непосредственно городом Лилль.

Недавняя находка

Выставленный до 1968 года в атриуме Дворца изящных искусств в Лилле, камин был демонтирован и помещен в контейнер для последующей сборки.

В 2011 году в ходе формирования коллекции ящики были вновь открыты для проверки состояния сохранности камина и помещения его в оптимальные условия хранения. Это позволило заново осознать его высочайшее качество, оригинальность исполнения и богатство расцветки. Сразу же не осталось сомнений в том, что его необходимо вновь представить публике. В рамках проекта реставрации были проведены исследования, прослеживающие историю создания камина.

Возрождение реставрацией

Произведенный с почтением к шедевру демонтаж 1968 года устроил из скрупулезно разобранных частей каминного панно настоящую головоломку. Однако давний способ монтажа неприемлем для существующих норм хранения: обратная сторона элементов заполнялась гипсовым раствором и крепилась металлическими стержнями, которые ржавели и могли вызывать повреждения деталей камина. Потребовалось сначала удалить гипс с обратной стороны каждого элемента (этой деликатной процедуре было уделено особенное внимание). Пыль и грязь на поверхности зачастую были проблемой не менее серьезной, чем повреждения. Также были очищены и консолидированы наиболее хрупкие детали. В результате реставрации, которая заняла 80 рабочих дней, мы наблюдаем настоящее возрождение камина. Свежесть красок, последовательность фрагментов и ясность композиции теперь вновь открылись зрителю.

Проблемы установки

В ходе реставрации камина, к сожалению, возникла проблема его экспозиционного монтажа, который оказался более сложной и, следовательно, более дорогостоящей задачей, чем нам виделось изначально. Из-за отсутствия стандартизации оборотной стороны деталей потребовалась точная регулировка каждого из 154 элементов камина. Кроме того, масса объекта (около 230 кг) выходила за рамки первоначальных расчетов, что потребовало более легкой, но одновременно устойчивой конструкции, которая не должна превышать разрешимую нагрузку на пол Дворца изящных искусств и нарушать требования мер безопасности. Особенные размеры объекта и его поверхности (около 7 кв. м) также вызывали некоторые затруднения. Сложной задачей установки камина стало совмещение уникальных инженерных решений и инноваций с кропотливостью и тщательностью ручной работы при соблюдении всех норм хранения.

Важное дополнение к постоянной коллекции

Важный экспонат, необыкновенный и знаковый для русского искусства XIX века, будет включен в постоянную экспозицию музея, дополнив коллекцию, посвященную художникам-символистам, в первую очередь Пюви де Шаванну».


Исследование истории изразцовых каминных панно «Встреча Вольги Святославовича и Микулы Селяниновича», созданных по эскизам художника М.А. Врубеля, не только подтвердило предположение о существовании первого экземпляра камина, считавшегося утерянным, но и помогло выявить его местонахождение. Авторы статьи самостоятельно обнаружили камин в собрании Дворца изящных искусств в Лилле. В результате переписки с главным хранителем Отдела декоративно-прикладного искусства музея в Лилле была получена важная информация о происхождении камина, истории его обнаружения музейными сотрудниками и о технических особенностях реставрации и монтажа каминного панно.

Камин из Лилля представляет особую ценность как первый, оригинальный экземпляр, представленный М.А. Врубелем на Всемирной выставке в Париже в 1900 г. и должен быть введен в отечественный научных обиход.




ИСТОЧНИКИ

1. ГАРФ. Ф. 2307. Оп. 8. Д. 47.

2. Отдел учета музея-усадьбы «Кусково». Папка «Акты выдачи 1934 г.». Л.  9.


ЛИТЕРАТУРА

1. Арзуманова О., Кузнецова А., Макарова Т., Невский В. Музей-заповедник «Абрамцево»: очерк-путеводитель. Москва: Изобразительное искусство, 1984.

2. Арзуманова О., Любартович В., Нащокина М. Керамика Абрамцева в собрании Московского Государственного университета инженерной экологии. Москва: Жираф, 2000.

3. Баранова С.И. Русский изразец. Записки музейного хранителя. Москва: МГОМЗ, 2011.

4. Долгова А.И. Дом Бажанова. Памятник петербургского модерна. – Санкт-Петербург: Коло, 2017.

5. Нарвойт К. Камин «Встреча Вольги Святославовича и Микулы Селяниновича» // Русское искусство. 2005. № 23. С. 20–24.

6. Нащокина М.В. Московская архитектурная керамика. Конец XIX – начало ХХ века. Москва: Прогресс-Традиция, 2014.

7. Прахов Н.А. Старое Абрамцево. Воспоминания детства. Москва: Музей-заповедник «Абрамцево», 2008.

8. Солоцинская Л. О реставрации камина «Встреча Вольги Святославовича и Микулы Селяниновича» по рисунку М. А. Врубеля // Русское искусство. 2005. № 23. С. 20–24.

9. Художественно-керамическое производство Гельдвейн-Ваулин [Очерки]. Санкт-Петербург, 1910.


SOURCES

1. GARF f.2307. op.8. d. 47 [The State Archive of Russian Federation, f.2307, inv. 8].

2. Otdel ucheta museja-usad’by «Kuskovo» [The Accounting Department of Kuskovo Estate Museum], issue act 1934, l.9.


REFERENCES

1. Arzumanova O., Kuznetsova A., Makarova T., Nevkiy V. Musej-zapovednik «Abramtsevo»: ocherk-putevoditel [Kuskovo Estate Museum: The Essey Guide], Moscow, Izobrazitel'noe iskusstvo, 1984.

2. Arzumanova O., Lubartovitch V., Naschokina M. Keramika Abramtseva в sobraniji Moskovskogo Gosudarsvennogo universiteta inzhenernoj ekologii [Abramtsevo ceramics in the collection of the Moscow State University of Environmental engineering], Moscow, Zhiraf, 2002.

3. Baranova S.I. Russkij izrazets. Zapiski musejnogo khranitelya [Russian tile. A museum curator’s notes], Moscow, MGOMZ, 2011.

4. Dolgova A. Dom Bazhanova: Pamjatnik peterburgskogo moderna [The Bazhanov house: The Monument of St. Petersburg Art Nouveau], Saint-Petersburg, Kolo, 2017.

5. Khudozhestvenno-keramicheskoe proizvodstvo Heldwein-Vaulin [Heldwein-Vaulin artistic ceramic production [Essays], Saint Petersburg, 1910.

6. Narvoit K., Kamin Vstrecha Volgy Svyatoslavovicha i Mikuly Selyaninovicha [The Volga Svyatoslavovich i Mikula Selyaninovich meeting fireplace], Russkoje iskusstvo, 2005.

7. Naschekina M.V. Moskovkaya arkhitekturnaya keramika. Konets XIX – nachalo XX veka [Moscow architectural ceramics XIX–XX centuries], Moscow, Progress-Tradicija, 2014.

8. Prahov N. Staroye Abramtsevo. Vospominaniya detstva [Old Abramtsevo. Childhood memories], Moscow, Muzej-zapovednik Abramcevo”, 2008.

9. Solonitskaya L., O restavratsii kamina «Vstrecha Volgy Svyatoslavovicha i Mikuly Selyaninovicha» po risunku M.Vrubelya [On the restoration of the fireplace Volga Svyatoslavovich i Mikula Selyaninovich meeting»], Russkoye iskusstvo, 2005. Pp. 20–24.


СПИСОК ИЛЛЮСТРАЦИЙ

Рис. 1. Камин М.А. Врубеля «Микула Селянинович и Вольга» в экспозиции Русского павильона на Всемирной выставке в Париже, 1900.

Источник: Баранова С. И. Русский изразец. Записки музейного хранителя. М., 2011. С. 385.


СНОСКИ

1 В литературе также встречается другое названия камина – «Микула Селянинович и Вольга».

2 Мы не будем подробно останавливаться на описании и истории создания камина, которое известно помногочисленным публикациям (из последних см.: [Нащокина, 2014]).

3 Дом Бажанова (архитектор П.Ф. Алешин) был построен в 1907–1909 гг. по заказу торгово-промышленного товариществаФ.Г. Бажанова и А.П. Чувалдиной, представлявшего собой крупное акционерное общество, занимавшееся торговлеймануфактурными товарами. Камин для дома Бажанова был выполнен в 1908 г. на заводе в О.О. Гольдвейна и П.К. Ваулинав Кикерино под Петербургом (cм.: [Художественно-керамическое производство..., 1910; Долгова, 2017]).

4 Частная переписка с главным хранителем отдела декоративно-прикладного искусства Дворца изящных искусств в Лилле.

5 Там же.

6 См. на сайте музея: URL: http://www.pba-lille.fr/Collections/Chefs-d-OEuvre/Ceramiques-et-Objets-d-art/Cheminee-de-Volga-et-Mikoula (дата обращения: 28.12.2018).

7 Пресс-релиз, лично полученный из отдела декоративно-прикладного искусства Дворца изящных искусств в Лилле.Перевод Е.Ю. Демениной.

8 Название приводится в точном переводе с французского.


О журнале

Авторам

Номера журналов